Самое большое цунами — это голос: интервью с Ричардом Деланти, новым партнером Smartcat в Азии

Продолжая серию интервью с языковыми экспертами со всего мира, на этот раз мы пообщались с Ричардом Деланти. Ричард — настоящий ветеран переводческой индустрии, который недавно открыл новый бизнес под названием Into23.

Недавно Into23 подписала партнерское соглашение с Smartcat, став его официальным технологическим партнером. Это позволит Smartcat увеличить объем продаж в Индии и Юго-Восточной Азии, а Into23 — предлагать конечным клиентам индивидуальные технологические решения. Компания, базирующаяся в Гонконге, будет в основном ориентирована на региональные рынки Индии, но также планирует выйти на другие азиатские рынки. Мы поговорили с Ричардом о его новом предприятии и о проблемах, с которыми сталкиваются западные языковые компании в Азии.

— Расскажите нам о своем опыте работы в качестве генерального директора Into23.

До сих пор это было замечательное путешествие с множеством взлетов и падений! Каждый день приносит новые возможности и вызовы. Я перешел от руководства командой из около 1000 человек к работе с нуля, но мне понравилось вернуться к основам — от помощи в настройке ИТ-систем до содействия в создании цепочки поставок и приготовления кофе, но больше всего — выходить на встречи с клиентами в качестве продавца. У нас большие планы на развитие бизнеса, но мы также понимаем, что на начальном этапе нужно твердо стоять на земле. Ключ к успеху — привлечь первых клиентов, сформировать базу постоянных клиентов и затем развиваться на этой основе. Мне приятно заново учиться многим вещам, от которых я давно отдалился, и смотреть на них с новой точки зрения. Самое приятное — это работа с нашей командой. Мы по-прежнему небольшая, но растущая группа — все разделяют одно видение и мечту о бизнесе. Я благодарен им за их энергию, энтузиазм, усердную работу, страсть к достижению этой цели и, прежде всего, за веру в бизнес.

— Вы живете в Азии уже более 20 лет. Что побудило вас остаться здесь на столь длительный срок? Чем Азия отличается от Европы или Америки, например?

Я впервые переехал в Токио в начале двадцатых с рюкзаком за плечами. Я заключил трехмесячный контракт с ирландской локализационной компанией, чтобы помочь им открыть офис в Токио. Затем я собирался провести год, путешествуя с рюкзаком по Азии, а потом отправиться в Австралию. Этот рюкзак у меня сохранился до сих пор! Я ехал без особых ожиданий, но сразу влюбился в Токио. Прожив в Токио три года, я переехал в Пекин, чтобы возглавить там небольшой офис. Вскоре после этого я присоединился к SDL, когда они приобрели компанию, в которой я работал. За следующие 17 лет мы выросли из небольшой команды до 15 офисов в 12 странах и 1000 сотрудников. Это было замечательное путешествие, я работал с фантастическими людьми, как коллегами, так и клиентами. Но все путешествия когда-нибудь заканчиваются, поэтому в прошлом году я ушел из SDL, чтобы основать новый бизнес. Азия по сравнению с Ирландией: лучшая погода, лучшая еда, худшее пиво Guinness.

— Вы уже давно работаете в этой отрасли. Как вы оцениваете изменения, произошедшие за все эти годы? Какие изменения в Азии были наиболее значительными?

Я случайно перешел в локализацию. Я начал свою карьеру как разработчик, или, если быть более точным, я финансировал свои путешествия, работая в сфере разработки. Я начал свою карьеру в локализации как инженер в компании, которая в конечном итоге стала Lionbridge, в офисе в Дублине. Это были веселые дни, но тогда было мало инструментов, мало процессов и еще меньше тех, кто их соблюдал. Самые большие изменения: использование технологий. Я думаю, что сейчас интересное время для языковых технологий: появляются новые облачные решения, такие как Smartcat, которые бросают вызов традиционным локальным моделям, основанным на лицензиях. Многие устоявшиеся игроки переходят в облако, но хостинг-технологии не являются по-настоящему облачными. Задача для новых игроков в облачной сфере будет заключаться в доказательной масштабируемости, прохождении тщательной проверки безопасности и обеспечении надежности на уровне предприятия. Очевидно, что машинный перевод оказал большое влияние и будет продолжать развиваться в направлении нейронного машинного перевода и прогресса в области азиатских языков. Другим большим изменением стала природа работы. Она превратилась из крупных отдельных проектов в непрерывную локализацию. Невозможно успешно управлять такой работой без мощного технологического решения для организации рабочего процесса. С точки зрения азиатского рынка, я считаю, что самое большое изменение только начинается. Появляются новые азиатские глобальные компании. Посмотрите на рынок смартфонов: помимо Apple, почти все компании являются азиатскими, а китайские производители смартфонов быстро завоевывают долю рынка в новых странах, таких как Индия. Эти компании имеют неотложные и значительные потребности в локализации, часто на такие языки, как индийские и другие языки Юго-Восточной Азии. А также на обычные европейские языки. Но их внутренняя структура и их требования к поставщикам сильно отличаются от традиционного подхода, предлагаемого компаниями, занимающимися локализацией. Это станет вызовом и изменит локализацию таким образом, который еще не видели.

— Что вы считаете основной возможностью для роста отрасли в ближайшие несколько лет? А как насчет азиатского рынка в частности?

Рост потребностей азиатских компаний в локализации — на азиатских и мировых языках. Индия будет растущим рынком. Юго-Восточная Азия будет растущим рынком. Все больше и больше китайских и индийских компаний будут выходить на мировой рынок. В то время как глобальные компании, производящие потребительские товары, должны будут уделять внимание региональным рынкам в Индии, если они хотят добиться успеха в этой стране — английского и хинди больше не будет достаточно. Но самым большим цунами станет голос: со временем голос изменит спрос на языки. В недалеком будущем, когда вы купите новую камеру Canon, телефон Huawei или часы Samsung, вы не будете читать руководство пользователя, а будете запрашивать информацию у голосовых агентов: Samsung Bixby, Amazon Alexa, Google Assistant и т. д. Ваша камера будет поставляться с поддержкой голосового управления через эти устройства, но она должна поддерживать все языки и диалекты. Это будет достигаться за счет понимания естественного языка (вы задаете вопросы, а голосовой агент понимает, что вам нужно) и генерации естественного языка (голосовой агент отвечает на ваш вопрос). Для этого потребуются знания в области построения корпусов на разных языках, а также некоторые знания в области лингвистического тегирования и понимание машинного обучения. Это область, в которой Into23 развивает свою специализацию.

— Какие самые большие вызовы стоят сейчас перед переводческой индустрией в Азии и как Into23 подходит к решению этих задач?

Сегодня, с точки зрения бизнес-покупателей, я вижу следующие основные проблемы: ни один из крупных глобальных игроков на рынке переводческих услуг не ведет активной коммерческой деятельности в Азии. Поэтому они часто вынуждены работать с коммерческими руководителями в Европе или США, которые не понимают местную бизнес-культуру. Или же они обращаются к местным поставщикам, которые ориентированы на внутренний рынок и, как правило, не обладают глубокими техническими знаниями. Перевод не считается стратегическим направлением, он находится в ведении отделов на нижних уровнях организации, и в компании нет единого подхода к обеспечению единообразия переводов. Локализационные компании в Европе и США, особенно крупные MLV, обычно конкурируют за право участвовать в тендерах, проводимых центральными подразделениями. Выиграв тендер, вы получаете заказ на следующие 2–3 года. В Азии, за редким исключением, такого практически не бывает. Поэтому ваши покупатели разрознены. Я думаю, что именно поэтому большинство крупных MLV избегают коммерческих инвестиций в азиатские рынки, а когда они все же решаются на это, то терпят неудачу, поскольку ожидают здесь тех же возможностей, что и в западном мире. Поскольку перевод обычно не является отдельной категорией закупок, он часто сопровождается дополнительными потребностями. По моему опыту, LSP созданы для традиционных покупателей переводческих услуг, их цепочки поставок предназначены для традиционных услуг. Когда появляются необычные требования, они сталкиваются с трудностями. Наше решение в данном случае:

1. Налаживайте отношения. Займитесь сложной работой по поиску индивидуальных покупателей, попросите их порекомендовать вас другим сотрудникам организации.

2. Создавайте системы. Подумайте о создании решений, которые могут объединить разрозненных покупателей в рамках организации, например, через портал или интеграцию API в их системы. Однако не ожидайте, что у них будет бюджет на лицензии на технологии. Для этого нет покупателя, так как нет общего владельца.

3. Поймите, что перевод редко является тем, что нужно клиенту: это часть более крупной проблемы. Найдите решения для некоторых из этих более крупных проблем через соответствующие партнерства.

— Что касается технологий перевода, что вы думаете о машинном переводе? Пробовали ли вы последние версии нейронных переводческих систем от Google и Microsoft? Если да, то есть ли у вас какие-либо отзывы?

Мы разрабатываем нашу стратегию в области машинного перевода. Наша стратегия использования технологий заключается в интеграции правильного решения в нужном месте. Например, я считаю, что Iconic Translation Machines предлагает фантастическое решение для eDiscovery. Наш первоначальный опыт показывает, что нейронный механизм машинного перевода Microsoft действительно повышает производительность при общем переводе, но мы все еще проводим оценку для разных языков. Нам еще предстоит оценить потенциал производительности машинного перевода Google. Мы также заинтересованы в сотрудничестве с поставщиками машинного перевода, которым нужна помощь в разработке механизмов для азиатских языков — помощь в оценке, разработке и приобретении корпуса. Это область, в которой мы намерены развить сильные основные возможности.

— Вы слышали о компании Lilt и ее подходе к машинного перевода?

Я большой поклонник Lilt: я считаю, что их подход к сочетанию машинного перевода и машинного обучения — это именно то, как и должно быть. Мне нравится, что больше не нужно обучать машинные переводчики — ваш машинный переводчик учится по мере перевода, и в будущем результаты будут все больше и больше адаптироваться к вашему стилю, что повышает вашу продуктивность. Для переводчиков это должно значительно облегчить постредактирование.

— Можете ли вы рассказать нам больше об AI Voice Agents и о том, почему Into23 решила инвестировать в эту компанию?

Голосовые технологии станут одной из крупнейших новых технологий в ближайшие годы, хотя их возможности пока находятся на очень ранней стадии развития. Мы считаем, что на сегодняшний день очень немногие языковые компании могут предоставить возможности NLU и NLG. В частности, NLG — это технология, которая только начинает развиваться. Немногие компании действительно имеют решение в этой области. Большая часть того, что делается сегодня, реализуется с помощью шаблонов. Поскольку это не масштабируемо, появляются новые, более сложные решения. Мы видим большой потенциал в этом рынке и ведем переговоры с рядом потенциальных партнеров.

— Есть ли другие технологии будущего, которые вы планируете разрабатывать или с которыми планируете работать?

Мы сотрудничаем с компанией CCS Insights. Эта компания предоставляет рыночную информацию, аналитику и разведданные для подключенного мира, охватывая рынок смартфонов, IoT, носимые устройства, мобильность и цифровое рабочее место. Они, по сути, живут и дышат всем, что связано с мобильными устройствами. Мы будем сотрудничать с ними, чтобы расширить их клиентскую базу на азиатских рынках. Наша основная ценность как бизнеса заключается в том, что мы создаем решения, необходимые нашим клиентам для международных рынков. Мы сотрудничаем с лучшими, чтобы создавать эффективные индивидуальные решения.

— Что вы думаете о нашей экосистеме Smartcat и почему решили стать ее послом и реселлером в Азии?

Мне это нравится! После ухода из SDL я сознательно прошел процесс «де-SDLизации». Я ни в коем случае не хочу сказать, что SDL — плохая компания. Это фантастическая компания, в которой я прошел замечательную карьеру, которой я очень горжусь. Но мне нужно было понять, что нового появилось на рынке, как другие компании подходят к проблемам локализации. Подход Smartcat сразу же привлек меня — технология действительно проста в использовании, интуитивно понятна, освоение не вызывает трудностей. Она обладает всей необходимой функциональностью для рабочего процесса перевода, не будучи при этом перегруженной. Концепция экосистемы и решение для платежей — это то, что меня привлекло больше всего. Подход с открытым API великолепен — вы предоставляете компаниям достаточную функциональность, а также платформу, на которой они могут создавать свои собственные решения. Это огромная головная боль для покупателей переводов на несколько языков, и Smartcat упрощает эту задачу. Кроме того, есть возможность совместной работы: переводчики, редакторы и заказчики могут работать одновременно. Это превращает перевод из последовательного процесса в совместный, ускоряя сроки выполнения и помогая контролировать качество и согласованность на протяжении всего процесса. Это дает проектным менеджерам отличные возможности для отчетности, полную видимость прогресса, простое управление поставщиками и удобные платежи. Наконец, Smartcat имеет первоклассные показатели безопасности. Для меня это один из важнейших вопросов, которые сегодня волнуют клиентов: как я могу гарантировать безопасность их данных? Smartcat — это безопасная закрытая среда с контролируемым доступом, шифрованием данных как в состоянии покоя, так и при передаче, а также центры обработки данных, соответствующие требованиям SOC 1, 2 и 3.

— Спасибо за ответы и интересные мысли, Ричард! Есть ли у вас какие-то заключительные замечания?

Свяжитесь с нами! Если вы заинтересованы в сотрудничестве или партнерстве с нами, или хотите узнать больше о нашей деятельности, мы будем рады услышать от вас.